Две смерти по цене одной

Почти сразу после переезда ко мне Руслана к нему стали приходить странные личности, с которыми мой новоявленный жених никогда меня не знакомил. Особенно подозрительным был сухощавый брюнет с испанской бородкой. Он приходил всего дважды, и всегда разговор с ним проходили на улице, но каждый раз, когда я краем глаза видела их общение, мне становилось не по себе. Создавалось ощущение, что он чего-то требует от Руслана, а тот лишь жалобно лепечет ему в ответ.

Однажды я явственно услышала от незнакомца слово "деньги" и перед сном всё-таки решилась поговорить с Русланом. В конце концов, скоро намечается наша свадьба, а у супругов не должно быть друг от друга серьёзных тайн. Но он ответил, что это его коллега и они всего лишь обсуждали бюджет грядущей кинокартины.

На какое-то время я успокоилась, но через неделю всё повторилось, словно дежавю: снова под нашими окнами появился тот тип с эспаньолкой, и Руслан, осторожно оглядываясь по сторонам, направился во двор. Но он не знал, что я стояла за углом дома, готовя место для проведения свадьбы. Слышно было плохо, а подходить ближе я не решилась, но фразу: "Когда вернёшь долг?" и последовавшие за ней угрозы не услышать было невозможно. Когда Руслан вернулся, я снова поинтересовалась у него, что это за таинственный незнакомец и о каких деньгах он говорил.

Однажды утром, увидев припаркованный недалеко от нашего дома неприметный тёмный автомобиль, мне показалось, что я уже видела его на том же самом месте минимум однажды. И тогда я насела на Руслана ещё сильнее.

— Дорогой, скажи честно, во что ты вляпался? Ты попал в криминальную компанию? Они требуют от тебя денег?
— Ни в какой криминал я не вляпался! Что ты пристала? — в голосе Руслана читалось неподдельное раздражение, а ещё... страх? — А даже если бы и вляпался, то сам бы решил свои проблемы!
— Прости... Я лишь хотела узнать, что за странные вещи с нами в последнее время происходят. Все эти ночные визиты, странные типы, твоё осторожное поведение...
— Ничего страшного не происходит, — он погладил меня по руке. — Просто у нас небольшие трудности с будущим фильмом... спонсоры в последний момент отказались финансировать наш сценарий... но мы уже нашли новых, и скоро всё будет хорошо, уверяю! А пока ты должна готовиться к нашей свадьбе, а не забивать себе голову всякой криминальной чепухой.

На время я отстала от него с расспросами, тем более что день свадьбы действительно неумолимо приближался. С самого утра Дакота была звездой: как только в холле начали собираться гости, она лихо съехала по перилам в своём праздничном небесно-голубом платье и направилась со всеми здороваться.

Внизу её уже ожидала Белла в молочно-белом платье с бабочками. По всему виду племяшки было видно, что ей не терпится поскорее сбросить с себя неудобный наряд и побежать играть в салки с Дакотой. Мы же с мамой кинулись общаться с моими сёстрами и их мужьями. Как всегда бывает на моих свадьбах, дом был полная чаша.

Пока Эльза делилась новостями о сыночке, а я готовила праздничный фуршет, Аманда решила взять на себя развлекательную часть мероприятия и предложила всем выучить зажигательный танец с прихлопом. Наши дети, казалось, смотрели на неё, как на умалишённую, а Дакота даже предположила, что тётя перед приходом выпила.

К вечеру, напрыгавшись и натанцевавшись, мы всей дружной семьёй плавно выплыли на праздничный фуршет. Стоял самый конец лета, солнце ещё нещадно, по-августовски, палило, но прохладный ветерок уже давал знать о скором наступлении сентября. Мы весело шутили и смеялись возле нашего нового бассейна, на устроение которого у меня наконец нашлось время и совесть, и наслаждались запечённой индейкой и мамиными салатами. В тот момент ничего не предвещало беды...

Внезапно солнце спряталось за тучи, подул холодный осенний ветер. Направляясь к дому с грязной посудой, я кинула мимолётный взгляд в сторону веселящихся гостей и поняла, что творится нечто неладное. Спешно бросив тарелки в холле, я бросилась в толпу, по пути выспрашивая у сестёр, что случилось. Оказалось, маме внезапно стало плохо. Сердечный приступ. Вызывать врачей было уже поздно — разве что для констатации, ибо смерть забрала её у нас мгновенно.

Господи, ну почему именно сегодня?! Зачем ты решил сделать столь светлый и красивый праздник самым ужасным днём в моей жизни?! Да, в последнее время мы с мамой не слишком-то ладили, но всё же она моя мама... На отца невозможно было смотреть без слёз — за полчаса он, казалось, постарел лет на десять и всё время повторял: "Ну почему не я первый?!"

Кое-как мы с Русланом дошли до арки, чтобы обменяться кольцами — всё-таки всё уже было организовано и переносить праздник на другой день было бы слишком сложно и затратно. С каменным лицом я окольцевала своего супруга, он же стоял, неловко улыбаясь, не зная, радоваться ему в этот момент или выражать свои соболезнования. Понятное дело, почти никто не следил за происходящим: Лео и девочки едва сдерживали слёзы, а Эльза успокаивающе гладила отца по плечу. После окончания церемонии последовали редкие робкие хлопки.

Вдруг в заднем ряду гостей, за спиной Кристины, я заметила его, того самого типа с эспаньолкой. Со своего места он молча наблюдал за происходящим, и его бледное восковое лицо в этот момент не выражало ничего — ни радости, ни печали.

Прямо там, под аркой, в присутствии десятков гостей, я поинтересовалась у Руслана, кто это такой и что он делает на нашей свадьбе. Все родственники и друзья обратили заинтересованные взгляды к нам. Окружённый таким пристальным вниманием, Руслан всё-таки сдался и согласился познакомить меня с таинственным незнакомцем, но сперва бросил на того взгляд и попросил пару минут переговорить с ним с глазу на глаз.

Я согласилась, а сама решила отойти от арки и поправить свой потёкший от слёз макияж. Ни о какой красоте в этот момент говорить уже не приходилось, но нужно было хотя бы привести себя в божеский вид. В этот момент все гости повставали со своих мест, решив, что церемония окончена и каждый может делать что угодно. В общей сумятице, среди пышных юбок, причёсок и стульев я потеряла из виду Руслана.

Последнее, что я видела, было злобное лицо брюнета, склонившееся к уху моего мужа и что-то горячо нашёптывающее ему. Руслан же по-прежнему стоял с растерянным видом и, кажется, в чём-то убеждал собеседника.

А дальше всё произошло слишком быстро: сдавленный крик, шорох юбок, крики ужаса и паники... Я глазом не успела моргнуть, как гости разом расступились, открыв моему взору лежащего на траве с отвёрнутой на бок головой Руслана. Даже обычному человеку было понятно, что он мёртв — кто-то свернул ему шею.

И я даже догадывалась, кто, ибо сгорбленная тёмная спина таинственного брюнета уже двигалась по направлению к выходу, и, честное слово, мне показалось, что в этот момент он коварно ухмылялся и потирал свои суховатые ручки. Я было крикнула Софии, чтобы она задержала его, но подруга, стоя слишком далеко, меня не услышала, и брюнет тут же исчез, будто его здесь никогда и не было.

Девушки, столпившись вокруг тела, кинулись оплакивать его, мужчины не оставляли тщетных попыток его реанимировать. И лишь одна я точно знала, что это бесполезно — смерть никогда не даёт шанса моим мужьям. Однако на этот раз она пришла быстрее обычного, ведь ей помог человек. Хотя назвать человеком это существо у меня язык не поворачивался. Лишить жизни жениха на собственной свадьбе и сбежать незамеченным — кем надо быть, чтобы совершить такое?

Весь оставшийся вечер я старалась сдерживать слёзы, хотя бы при ребёнке, но это было слишком сложно. За один день лишиться и жениха, и матери — такого не пожелаешь никому. Дакота, уже давно всё понимая, не лезла ко мне с расспросами и шумными играми, а только тихонько сновала вокруг, как бы говоря: "Мама, я рядом".

Мы решили похоронить маму на городском кладбище, рядом с могилами бабушки и дедушки. В первые дни осени там было особенно тихо и печально. Деревья ещё не начали активно сбрасывать листву, но некоторые верхушки уже отливали золотом и багрянцем. Где-то неподалёку щебетали птицы и — немного невпопад — куковала кукушка. Нет, птичка, здесь отсчитывать людские годы уже поздно.

Мы с отцом хмуро прошествовали к свежей могилке мамы. Я до последнего пыталась сдерживать слёзы, но, видя состояние папы, всё же не удержалась и горько зарыдала в голос. Папа жалобно подвывал позади меня. Хорошо ещё, что Дакота сейчас в школе и не видит нашего состояния.

Понимая, что мне сейчас вдвойне тяжело, папа старался держаться бодрячком, но, в конце концов, и он не выдержал: всё чаще он стал жаловаться на здоровье, говорил, что во сне видит маму и она зовёт его к себе. От таких его слов становилось ещё страшнее — лишиться ещё и любимого отца я сейчас не была готова абсолютно. Как я в одиночку поставлю на ноги Дакоту? Как дам ей достойное образование? А главное: кто поможет мне найти убийцу Руслана? А в том, что это убийство, я ни капли не сомневалась.

Искать убийцу мне даже не пришлось — не прошло и недели, как он сам заявился к нам в дом. Позвонив в дверь, он заставил выйти меня на улицу "потолковать". В этот момент я радовалась тому, что дверь открыла именно я и этот мерзавец не испугал Дакоту или отца.

Церемониться и подбирать слова брюнет не стал: сходу он рассказал, что Руслан задолжал "очень важным людям" крупную сумму денег на развитие своего нового проекта — собственной киностудии. Но проект провалился, студию так и не открыли, а самого должника убрали за неоднократные просрочки платежа и "излишнюю болтливость".

Но самое ужасное заключалось в том, что Руслан пообещал этому типу расплатиться, когда женится на "богатой вдове, у которой денег куры не клюют". И теперь, согласно действующему законодательству, все долги моего покойного недомужа перешли на меня. Брюнет дал мне срок — 10 дней и ни дня больше — и всем своим видом дал понять, что в случае побега или обращения к властям я и вся моя семья отправимся следом за мерзавцем Русланом.

Обращаться в полицию нельзя — это было ясно как божий день. Не то чтобы я боялась какого-то скользкого типа, но речь сейчас шла о безопасности моей семьи — значит, рисковать нельзя. Но бандит не учёл одного важного момента: Аманда, хоть и помогала мне за кассой в пекарне, но всё ещё сохраняла должность судьи в районном суде Симсити, а главное — у неё были связи в правоохранительных органах. Не долго думая, я набрала номер сестры и попросила её срочно меня навестить.

Аманда присутствовала на свадьбе и прекрасно знала всю эту историю с гибелью Руслана. И как только она явилась, я усадила её на диван и выложила новые подробности. Рассказала о том странном типе, вымогательстве денег, угрозах мне и моей семье. Сказала также и о том, что у меня нет таких денег в свободном обороте, и если я даже и наскребу нужную сумму, то останусь банкротом с комнатой в коммуналке, ибо Руслан задолжал 200 тысяч симолеонов.

Но платить неизвестно кому я не намерена, поэтому попросила сестру помочь мне найти хорошего адвоката, поднять все свои связи и, если это возможно, найти способ избавить меня от этой повинности. Аманда тут же дала мне телефон, как она выразилась, "зубра адвокатуры", да ещё и частного детектива. Звали его Ларри Лазариди, и, по словам сестры, если дело можно выиграть, Ларри его выиграет.

После ухода сестры я тут же пригласила этого Ларри домой. Момент был подходящим: папа ушёл на работу, а Дакота убежала вместе с Амандой в гости к Белле, я же смогла спокойно рассказать адвокату о своей ситуации.

Ларри оказался весьма доброжелательным и весёлым, но мне показалось, что он не воспринял мою проблему всерьёз, потому что уже через десять минут моего рассказа заявил, что без проблем раскроет это дело и мне не придётся платить вымогателям ни копейки. А вот ему самому пришлось заплатить кругленькую сумму, ибо услуги грамотных адвокатов и, к тому же, детективов нынче стоят немало.

Как бы то ни было, мы заключили сделку, и Ларри пообещал позвонить через три дня с сообщением о первых результатах. Он был полностью уверен в успехе этого дела и на протяжении всей нашей встречи то и дело бахвалился своим опытом, навыками и количеством выигранных процессов и раскрытых преступлений. Мне же всё больше казалось, что профессионалы себя так не ведут. Впрочем, кто я такая, чтобы критиковать методы работы представителей органов...

Всю ночь мне снился Парамон в его последние секунды жизни. То и дело он вытягивал тело в струнку, хватался за всё вокруг и начинал искриться, как маленькая электростанция, после чего замертво падал на пол кухни.

Несколько раз за ночь я вставала попить воды и ложилась обратно. Сон повторялся. Надвигалось что-то плохое. Хотя что могло быть хуже моего нынешнего положения?