Дом, милый дом!

Дом, милый дом! Как здорово наконец вернуться домой, особенно если не была здесь уже без малого четыре года. Родители сделали капитальный ремонт и полностью подготовили жилище к моему приезду. Конечно, я не любительница пастельных тонов, но всяко это лучше университетской общаги. Мама была безумно рада меня видеть и сразу же кинулась обниматься и рассказывать, как здесь всё изменилось за четыре года. 

После она предложила устроить вечеринку в честь моего возвращения и успешного окончания университета. Интересно, что это с ней? Раньше нужно было неделю выпрашивать разрешение на самую маленькую вечеринку, а после неё ещё и вылизать весь дом до первозданного состояния. Но выяснять подробности я не стала, а поспешила вызванивать всех своих старых и новых друзей и родственников.

Пока мы ожидали гостей, мама повесила мой диплом в "красном" уголке столовой и принялась любоваться им, причитая, какая я у неё с отцом умница и как они мною гордятся. Может, я ещё совсем юная, но решительно не понимаю, чем тут гордиться. Все в нашей семье испокон веков заканчивали ВУЗы, а моя сестра-близнец Эльза и вовсе стала лучшей ученицей физмата и не раз красовалась на доске почёта ГСУ, но не припомню, чтобы ей уделяли столько внимания. Может быть, всё потому, что почти сразу после выселения из общаги она переехала к своему жениху, а я осталась в семейном гнёздышке.

Наконец начали собираться гости. Я тепло обняла школьную подругу Софию, пока мама приветствовала Эльзу и её жениха Лео. Когда-то он нравился нам обеим, но в итоге я отступила, а сестрёнка переехала к нему. В скором времени планируется их свадьба, чему я безмерно рада.

К праздничному обеду мама подала свои лучшие спагетти с фрикадельками по итальянскому рецепту. Мне всегда кажется, что, поедая её блюда, я с каждым разом всё лучше понимаю, что такое Кухня с большой буквы К.

Мы дружно подняли тост за мои успехи в будущем, как вдруг я услышала со двора знакомые сигналы автомобиля.

Это вернулся с работы отец. Мама сказала, что он хотел сегодня остаться дома, чтобы первым встретить меня у порога, но в министерстве полным ходом шла разработка новых стандартов школьного образования, и его ответственность взяла верх. Впрочем, никто не помешал ему затискать меня сейчас, выспрашивая, хорошо ли я добралась из кампуса.

Ближе к вечеру я села сыграть для гостей несколько фуг Баха. Моему приятелю по общежитию, Афанасию, так понравилась моя игра, что он встал и подошёл ближе, чтобы сполна насладиться музыкой. 

Позже, когда гости уже начали расходиться, Афанасий сказал, что у него для меня важная информация, и предложил нам где-нибудь уединиться. Я отвела его в свою романтичную спальню, ещё не догадываясь, что он мне скажет.

Внезапно он сообщил, что был влюблён в меня с начала второго курса, но всё не решался признаться в своих чувствах. Сперва считал, что он, рокер, тусовщик и в целом не самый положительный тип, вряд ли подходит такой девушке, как я, потом у него появилась девушка, и на время он забыл обо мне, ну, а после их расставания просто ждал окончания университета, чтобы найти высокооплачиваемую работу и этим завоевать меня. Но сегодня он понял, что эта вечеринка, возможно, последний шанс признаться в своих чувствах, несмотря на то, что никакую работу он так и не нашёл, ведь сам выпустился из университета только вчера вечером.

Не знаю, что на меня нашло в тот момент: жалость к пареньку или выпитый бокал шампанского, но я ответила, что мы можем попробовать, ведь он тоже был мне симпатичен, особенно когда поддавался в маджонге и иногда делал за меня домашние задания.

Вечером я, как всегда прилежно, записала все события сегодняшнего дня, а также свои мысли и чувства на этот счёт. Нравится ли мне Афанасий? Определённо да. Хочу ли я стать его девушкой? Может быть. Смогу ли я провести с ним остаток жизни? Не знаю... мне явно нужно подумать.

От размышлений меня отвлёк внезапный телефонный звонок. Я было подумала, что это сестра звонит, чтобы сообщить, что благополучно добралась до дома, но голос в трубке заставил меня подпрыгнуть от радости. Исайя! Мой лучший друг детства, с которым мы, ещё будучи шестилетними сорванцами, лепили снеговиков, дразнили соседских собак, а потом удирали через весь район под их заливистый лай. Пожалуй, сейчас он был именно тем, кого я действительно рада была слышать, однако его слова меня насторожили:

— Анна, можно пригласить тебя на завтрак в кафе? Мне нужно кое-что у тебя спросить...

— Пригласить-то можно, но твои слова меня пугают. Что такого ты хочешь спросить, чего нельзя узнать сейчас, по телефону?

— Узнаешь. Это не телефонный разговор, — заговорщицки произнёс Исайя и быстро добавил: — Но тебе понравится. Я надеюсь. Встретимся утром, я заеду за тобой в 10:00.

Не успела я открыть рот, как Исайя уже отключился. И что, спрашивается, это сейчас было?

Утро встретило меня восхитительным запахом оладушек с маслом и джемом. Мама обеспокоенно поинтересовалась, не заболела ли я и нет ли у меня температуры. Температуры не было, но выглядела я и правда не очень, ибо за всю ночь не сомкнула глаз, размышляя над всем произошедшим за последние сутки. Что мне делать с Афанасием? Признаться, что не испытываю к нему ничего, кроме дружбы, или пока что поиграть в любовь — всё равно у нас нет пары? И что же хочет сказать мне Исайя? Неужто выяснится, что и он "давным давно в меня влюблён"? Нет, Анна, похоже, ты перечитала слишком много французских романов, такого в нашей серой скучной жизни, увы, быть не может.

Исайя заехал ровно в 10. Всю дорогу он восторженно рассказывал, как соскучился и рад меня видеть, как грустил, когда я поступила в иногородний университет, и как ждал моего возвращения. Сообщил, что его старый пёс Бостон, которого я помню ещё щенком, в последнее время приболел и, возможно, не доживёт до Рождества. Рассказал, что у него в комнате до сих пор висят наши выпускные школьные фотографии и что мне невероятно шло то убогое зелёное платье, о которое я спотыкалась чаще, чем нас поздравляли с окончанием школы. А я всё улыбалась, как полная дура, и размышляла, зачем он меня позвал.

Ну, как минимум одна цель приглашения выяснена — накормить меня. Шутка. На самом деле Исайя решил таким образом отпраздновать моё возвращение и наконец уже увидеться вживую, ибо три-четыре разговора по скайпу за эти годы явно было недостаточно. За завтраком он как бы между прочим пошутил, что путь к сердцу девушки точно так же лежит через желудок, как и к мужскому. Что ж, с этим нельзя не согласиться.

После завтрака, или скорее уже обеда, мы решили растрясти жирок, тем более что из колонок местного музыкального автомата зазвучал мегамодный нынче хит "Нет еды — продай окно". Забыв обо всех своих тревогах, я пустилась в зажигательный пляс, с удовольствием отмечая про себя, как на нас пялятся окружающие. Один темнокожий паренёк в красной толстовке вроде бы даже хотел подойти познакомиться, но я сделала вид, что его не заметила.

— Фух, всё, я выдохлась, — объявила я, заковыляв в сторону дивана. — Ещё чуть-чуть и я рухну прямо на тебя.

— Не волнуйся, я тебя поймаю, у меня хорошая реакция, — улыбнулся Исайя.

— Вряд ли тебе это удастся. Я в последнее время набрала в весе и выгляжу, как бегемот, — пококетничала я, ожидая, что он начнёт убеждать меня в обратном. Но вместо этого Исайя быстрым движением залез себе в карман и, вытащив оттуда нечто квадратное чёрного цвета, заявил:

— Нет, ты в последнее время выглядишь, как моя невеста... Ты выйдешь за меня? — спросил он после паузы, видя, что я стою с открытым ртом и молча хлопаю глазами.

— Я? — глупо переспросила я.

— Ну, если ты Анна Бир, то ты, — резонно ответил он. — Помнишь, в 11 лет мы обменялись кольцами от пластиковых бутылок и я пообещал, что однажды заменю их на настоящие?

— Я думала, ты тогда шутил.

— Тогда я действительно шутил. Но со временем начал всё больше вспоминать об этом, размышлять о тебе и о нас. Пожалуй, последней каплей стала наша разлука... Ну так каким же будет твой положительный ответ?

— Ты не оставляешь мне выбора, Исайя Гэвиген, — улыбнулась я и, приняв кольцо, бросилась своему новоиспечённому жениху на шею. Сказать, что я была рада столь внезапному предложению? Безусловно. Но, пожалуй, особенно рада я тому, что оно исходит от моего лучшего друга, с которым мы прошли огонь и воду и в котором я уверена как ни в ком другом.

Мы сперва робко, но потом всё более раскованно и страстно впервые поцеловались на глазах у всё того же парня в красной толстовке. Извини, но тебе сегодня уже точно ничего не светит...

Исайя любезно предложил подвезти меня до дома, я же, воспользовавшись случаем, представила его родителям уже в качестве своего жениха. Мама слегка удивилась столь скоропалительному решению, но разубеждать меня не стала — в конце концов, она тоже знает Исайю уже на протяжении 14-ти лет и никогда не говорила о нём ничего плохого. Ну, кроме того случая, когда мы потратили деньги для репетитора по математике на билет в цирк-шапито. Но это было давно. И неправда.

Позже, встретившись с сестрой, я внезапно натолкнулась на упругую волну непонимания. Эльза увещевала меня не торопиться с выбором, узнать Исайю получше, повстречаться с ним. Ха! Да я знаю его лучше, чем кто-либо в этом городке и любые прогулки под луной и хождения на свидания будут только пустой тратой времени! Так я и сказала своей ненаглядной сестрице.

На что тут же получила обвинение в чересчур скоропалительном ответе Афанасию, о котором теперь жалею.

— Разберись в себе и своих симпатиях, сестрёнка, и не спеши входить во взрослую жизнь. Ранние браки до добра не доводят...

Я скорчила недовольную физиономию, которая всегда означала, что я буду биться в своём решении до конца. Эльза поняла, что спорить со мной бесполезно, и предпочла отступить, напоследок лишь посоветовав не морочить голову ни себе, ни ни в чём неповинным парням. В конце концов, они не виноваты, что все девушки семейства Бир такие красавицы.

Я громко засмеялась, поняв, к чему она клонит. Неподалёку от нас, что-то насвистывая, стоял молодой брюнет, изо всех сил делая вид, что просто ждёт свой автобус, а на самом деле пожирая меня взглядом. Нет уж, третьего ухажёра за сутки я не выдержу! Я спешно поднялась и села в подъехавшее за мной такси.

Дома я со всех сторон обдумала слова Эльзы и решила для себя две вещи. Первая: свадьбе с Исайей быть, ибо именно с этим человеком я хочу прожить всю жизнь, счастливо состариться и умереть в один день. Вторая: объясняться с Афанасием всё же придётся. Не откладывая дело в долгий ящик, я набрала знакомый номер и пригласила своего несостоявшегося парня на дискотеку.

Афанасий весьма удивился моему звонку и — особенно — месту встречи: всё-таки на дискотеки полагается ходить после заката солнца, а не в три часа дня. Но, по-видимому, удивлялся он не слишком долго, потому что уже через полчаса мы задорно выплясывали под какую-то электронщину.

Наконец, набравшись смелости, я отозвала его подальше от шума и огней танцпола и призналась во всём. Чёрт, оказывается, сообщать человеку, что он не в твоём вкусе, намного сложнее, чем делать экзаменационный анализ пьес Шекспира... Но я справилась. Вот только реакция Афанасия меня "слегка" удивила: вместо грустного, отвергнутого друга я вдруг увидела перед собой ощетинившегося в злобной усмешке монстра.

— Ты ещё пожалеешь об этом, Анна Бир, сильно пожалеешь! — прокричал он. — Но будет слишком поздно!

Не проронив больше ни слова, он мгновенно испарился из заведения, оставив меня стоять в одиночестве у двери мужского туалета провинциальной дискотеки и думать о том, что же я натворила.

Мама всегда говорила: лучшее средство от ненужных дум — это физическая нагрузка. Именно поэтому, вернувшись домой, я взяла садовые ножницы и направилась подстригать кусты перед домом.

Работа в саду меня не утешила, так что с горя я также вымыла плиту и отдраила все ванны и душевые в доме. По крайней мере, от этих моих действий хоть какая-то польза... Да и нужно подготовить дом к предстоящей свадьбе.